История создания АЛБ "Буджак" - историческая справка  Международные связи АЛБ - благодарность Императора Японии
Гимн Белгорода-Днестровского -  один из символов города

Сегодня - Thursday 24 May     День святых Мефодия и Кирилла, День славянской письменности и культуры. День кадровика в России. Европейский день парков. День Иерусалима. День сражения при Пичинча в Эквадоре. 24 мая в народном календаре Мокий Мокрый.  1844 Телеграфом Морзе отправлена первая телеграмма из Вашингтона в Балтимор. 1900 В Петербурге спущен на воду крейсер «Аврора», будущий символ Октябрьской революции. 1928 Экспедиция Умберто Нобиле на дирижабле достигла Северного полюса. 1956 Прошел первый конкурс песни Евровидения. 2003 В Москве на Красной площади дал концерт Пол Маккартни.

 

Ирина Рябченко-Бессараб


Глава 1,2

Глава 3,4

Глава 5

 

 
Глава третья.
 
Голод. Воспоминания.
 
 
       Тётя Катя очень любила рассказывать о прошлой жизни, делиться воспоминаниями. Особенно она любила рассказывать о том, как она « уверовала в бога».
       Наступил новый, послевоенный сорок шестой год. И вместе с ним пришли два постоянных спутника народа, голод и холод. В сорок шестом году на Бессарабию обрушился голод. Часть людей разъехалась. Те, кто мог уехать, у кого были родственники в других местах, уехали. Но не все могли уехать. Люди выживали, как могли. Муж тёти Кати, вернувшийся с фронта, вскоре скончался от ран. Она осталась одна с маленькими сыновьями на руках. Люди голодали. Было такое время, что у людей не было даже муки, чтобы испечь коржей. Коржи пекли без масла и жира на раскалённой сковороде. Женщине нужно было думать, как прокормить детей.
      Стоял сильный мороз. Вода в лимане замёрзла, образовался прочный лёд. Люди начали ходить на базар в Овидиополь, выменивать вещи на продукты. Моста через лиман ещё не было. Идти нужно было ночью, чтобы рано утром успеть на базар.
Люди шли группой, один за другим, гуськом, как через болото, чтобы не провалиться под лёд. Так было безопасней. Шли группой, стараясь не отставать, потому что время было тревожным. Идти в одиночку было опасно. Были случаи разбойного нападения на людей. Поэтому отставать было нельзя. Впереди шёл староста группы, который время от времени останавливался и производил перекличку.
- Эге - гей! - кричал вожатый группы.
- Эге - гей! - отзывался каждый по очереди.
И тётя Катя тоже кричала - Эге – гей!,- поднимая вверх руку, на которую была натянута большая рукавица. Она бодро топала, шагая по льду ногами, обутыми в большие валенки, замотанная в тёплый платок, крест - накрест затянутый на груди. Тянула санки, на которые был наложен груз, вещи, предназначенные для обмена. Она уже давно всё обменяла на продукты, и золотое обручальное кольцо, и золотые серёжки, подаренные мужем перед свадьбой и его наручные часы… Оставалось ещё постельное бельё, несколько метров ситцевой ткани и пальто с модным тогда каракулевым воротником. Нужно было выживать, помощи ждать было неоткуда. Но она не унывала, тянула санки. На морозном небе сверкали звёзды. Думала о том, как вернётся домой, растопит печь, замесит тесто и напечёт вкусных пирожков для маленьких сыновей.
Было ей в ту пору сорок, и тяжесть прожитых лет ещё не легла камнем на её плечи.
       Однажды она отстала от группы, как-то притомилась. И не заметила, что люди ушли далеко вперёд. Вдруг из темноты выскользнули две фигуры, схватили санки с добром, побежали прочь…
- И вдруг, - с восторгом рассказывала тётя Катя,- вдруг засиял яркий свет и ангел поднял меня вверх и этот яркий свет ослепил разбойников, они бросили мои санки и в страхе разбежались…
- И голос громкий с неба сказал мне: « Не бойся никого. Я с тобой»…
Всё это было давно, почти пятьдесят лет назад. Теперь она была беспомощной, лежачей старухой, которая нуждалась в уходе и зависела от прихоти чужих, посторонних людей.
 

 Глава четвёртая.


Отъезд.


      Вскоре хозяйка Мария очень сильно пожалела, что взяла тётю Катю к себе. Первый порыв прошёл, и Мария поняла, что взвалила на себя тяжёлую обузу. Мария не могла поехать в гости к сыну, потому что не с кем было оставить пожилую, лежачую женщину. Никто не хотел за ней бесплатно ухаживать, стирать испачканное бельё. Таких волонтёров не находилось, а пенсия у тёти Кати была маленькая, её не хватало, чтобы оплатить за уход. Денег еле-еле хватало на  еду. Сёстры по вере должны были помочь, но почему-то никто не помогал.
     Мария поняла, что связала себя по рукам. Тётя Катя прожила у Марии два года. За эти два года ни сыновья, ни внуки ни разу не навестили её.
      Снова наступил сентябрь. Однажды хозяйка Мария объявила:
- Зимой будем все вместе жить во времянке. Дом отапливаться не будет.-
 Тётю Катю перевели во времянку. В одной комнате жила хозяйка Мария с тётей Катей, в другой жила я с квартиранткой Марией. Её сын Петя всё – таки женился и жил теперь в городе на съёмной квартире. Родители его жены жили в каком-то дальнем селе. Но Пете нечем было оплачивать квартиру, зарплаты не хватало, быстро нарастал долг. Родители его жены были небогатыми людьми. Они подарили молодым пару ковров, мебель. Помогали продуктами. Но регулярно помогать деньгами они не могли. Вскоре у Пети с женой должен был появиться ребёнок, предстояли новые расходы. А ведь ещё нужно было оплачивать съёмную квартиру.
   Квартирантка Мария, мать Пети рассчитывала, что её сын сможет привести свою жену во времянку, со съёмной квартиры в городе нужно было уходить. Теперь же её планы рухнули. Если бы не было меня и тёти Кати, тогда Петя мог бы поселиться здесь со своей женой и ребёнком. И выход из положения был бы найден. 
     Но как  убедить хозяйку выгнать лишних людей на улицу, особенно если речь шла о беспомощной старухе. К тому же приближалась зима, а наша хозяйка Мария была богобоязненной…
   Через некоторое время квартирантка Мария начала пророчествовать от имени бога. Так же, как и наша хозяйка, она была евангельской христианкой - пятидесятницей. Сначала она выкрикивала слова на непонятном наречии, а затем толковала их обычным языком. Квартирантка Мария говорила нашей хозяйке, что через неё говорит Святой Дух. Наша хозяйка верила, что это действительно говорит Святой Дух.
      Однажды квартирантка Мария сказала, что тётя Катя « отошла от бога», то есть стала отступницей, и что « Святой Дух приказывает тёте Кате покаяться и признать свою вину». Квартирантка Мария строго говорила тёте Кате от имени бога:
- А ты, если не покаешься и не признаешь свою вину, ты будешь наказана!
 - Ну, я признаю…- растерянно лепетала тётя Катя, чувствуя, что над ней сгущаются тучи. Но ей уже ничто не могло помочь.
  Через некоторое время квартирантка Мария сказала нашей хозяйке:
- Поскольку тётя Катя не хочет признать свою вину и покаяться, Святой Дух приказывает немедленно отправить тётю Катю в другое место.
 - А куда её отправить?- спросила хозяйка Мария.
  - Это должны решить её сыновья, - ответила квартирантка Мария.
   В этот же день хозяйка Мария позвонила сыновьям тёти Кати.
  - Мы не можем больше держать вашу мать у себя. Вы должны немедленно забрать её, - сказала хозяйка Мария. Сыновья отвечали, что приедут через день.
      Через день после обеда приехали оба сына на машинах вместе со своими жёнами. Они прошли во времянку, в комнату, где находилась тётя Катя. К ним присоединилась наша хозяйка. Сыновья стали решать, кто из них заберёт мать к себе. Хозяйка Мария сказала, что тётя Катя « отошла от бога», стала отступницей. Было непонятно, каким образом тётя Катя могла согрешить, если она была лежачей? Разве что мысленно? Но кто читал её мысли?..
      Младший сын поддержал хозяйку Марию. Он стал обвинять свою мать в том, что в юности он хотел служить богу и был крещён Святым Духом, но по вине его матери «Святой Дух разбился»…
     Как мог разбиться Святой Дух, было непонятно. Словно речь шла о глиняном или стеклянном кувшине. И почему тётя Катя была в этом виновата, тоже было непонятно.
     Но было ясно одно. И хозяйка Мария, и тёти Катины сыновья  пытаются обвинить пожилую женщину в отступничестве, в каких-то несуществующих грехах для того, чтобы снять с себя всякую ответственность за её дальнейшую судьбу. И чтобы при этом совесть не мучала. Только они почему-то забыли о том, что Христос учил проявлять милосердие к оступившимся грешникам и стараться их прощать…
  Из времянки доносились голоса:
 - У нас нет места, мы сейчас делаем ремонт, - говорила жена старшего сына. - Мы не можем забрать её к себе.
 - Я всегда была для неё плохой невесткой, - с возмущением говорила жена младшего сына. -  Что бы я ни делала, я всегда была для неё плохой невесткой.
 Когда - то эта женщина пришла жить в маленькую квартиру своей свекрови. Потом, сумев отвоевать жилплощадь, вытеснила надоевшую свекровь в коридор, а потом и вовсе на улицу, к чужим людям.
 - Ты переписала квартиру на младшего сына, - доносился голос старшего сына. - Вот пусть он тебя и досматривает. - Словно речь шла о современной квартире, а не о маленькой, жэковской квартирке , где все удобства были, что называется во дворе.
 Наконец сыновья договорились. Было решено, что завтра, после обеда младший сын приедет на машине и заберёт мать к себе. Сыновья попрощались с хозяйкой и уехали. Я зашла во времянку. Тётя Катя сидела на кровати, она была счастлива, что ей наконец-то удалось увидеть своих сыновей. Её лицо светилось от счастья.
 На следующий день, ближе к вечеру, приехал младший сын тёти Кати. Мы помогли ему усадить мать в машину. На прощание хозяйка Мария строго сказала тёте Кате:
  - А ты должна покаяться и признать свою вину…
  Тётя Катя с раздражением отмахнулась рукой. Она -то была совсем не глупа, и всё прекрасно понимала. Машина помчалась  по наклонной улице вниз в сторону трассы. Вот в последний раз мелькнул белый тёти Катин платок.
   На следующий день хозяйка Мария поехала навестить тётю Катю, посмотреть, как она устроилась на новом месте. Мария вернулась расстроенная и сильно удручённая. Оказывается, сын тёти Кати отвёз мать  не домой, а в какую-то заброшенную хибару в районе крепости. Мария опустилась на колени и долго молилась.
    На следующий день я поехала навестить пожилую женщину. Я с трудом нашла заброшенный дом, где находилась теперь тётя Катя.
     Это была старая, заброшенная хатёнка  неподалёку от крепости. Забор был повален, во дворе заросли бурьяна почти в рост человека. По внешнему виду этой хибары можно было заключить, что здесь лет сорок уже никто не жил. На двери был большой, висячий замок. Мария предупредила, что ключ от домика находится у сына тёти Кати, который жил неподалёку. Невестка сама открыла замок. Помещение внутри было похоже скорее на сарай, чем на жилую комнату. Низкий потолок нависал над самой головой. В домике не было ни света, ни воды, ни дров, ни угля на зиму. Печь была разобрана и не готова к топке.
       В этой страшной, ободранной комнате не было никакой мебели, кроме старой, железной кровати, наверное, ещё с румынских времён да старой, обшарпанной табуретки. Тётя Катя лежала на кровати и тяжело дышала. Я присела на табуретку, которая  стояла возле кровати. Пожилая женщина с трудом повернула на кровати своё грузное тело. Она посмотрела мне прямо в глаза и сказала:
  - Ты только не думай, что бог от меня отказался…
У меня было очень мало денег и я смогла купить для тёти Кати только кирпичик серого хлеба. Я сидела и подавленно молчала. С ужасом думала о том, как пожилая женщина будет находиться здесь зимой в таких ужасных условиях. В  неотапливаемом помещении, без света, без воды, без нормального ухода. Тёте Кате предстояло лежать в холоде  на мокрых, грязных простынях. Это было её последнее пристанище. 
     Зимой здесь будет страшный холод. Рядом лиман, с лимана будет дуть холодный, пронизывающий ветер. Кроме того, пожилой, лежачей женщине было опасно находиться в этом заброшенном доме. Сюда в любой момент могли  нагрянуть непрошеные гости, какие-нибудь  отпетые хулиганы или наркоманы.
      Оба её сына занимались извозом, они вполне могли бы вдвоём  снять для матери какую- нибудь приличную комнату, найти недорогую сиделку, но они не захотели. Может- быть слушали своих жён, а те были против лишних денежных расходов.
      Сёстры по вере тоже ничем не помогли тёте Кате. Почти все они были обеспеченными людьми, имели просторное жильё. Могли бы принять тётю Катю хотя бы на зиму. Могли бы установить поочерёдный график дежурства. Могли бы собрать денег вскладчину, но никто не захотел этим заниматься. Наверное, потому, что тётя Катя ничего не могла оставить в наследство, у неё ничего не было, а пенсия у неё была слишком маленькой. Ей нечем было оплатить за свой уход. Да и пенсию забирал теперь младший сын, оправдывая это тем, что нужно покупать для матери продукты.
      Духовным лидером этой христианской общины была одна пожилая женщина. Она получала деньги и гуманитарную помощь из-за рубежа. Эта помощь предназначалась для нуждающихся членов общины. Но почему-то  женщина – пастор не спешила оказать помощь тёте Кате. У женщины - пастора была двухкомнатная квартира в центре города. У её сына с невесткой тоже была двухкомнатная квартира. Сын с невесткой были бездетными, лишнюю жилплощадь они сдавали внаём. Но никто не захотел действительно помочь тёте Кате, хотя она в течение почти пятидесяти лет была членом этого религиозного братства.
      Не захотело помочь тёте Кате и государство.
 - Мы не можем оформить эту пожилую женщину в дом престарелых, - сказали работники собеса. - У неё есть дети, они обязаны позаботиться о своей матери. –
Чиновники объяснили, что пребывание одного человека в доме престарелых обходится государству в три тысячи гривен. А пенсия у тёти Кати маленькая, её не хватит на содержание в доме престарелых.
 - Если сыновья хотят оформить свою мать в дом престарелых, они должны доплачивать за её содержание, - сказала женщина - чиновник из собеса. Но что делать пожилой, лежачей женщине, если её избивает собственный сын ? На этот вопрос чиновники собеса не смогли дать вразумительного ответа.
      Единственным выходом из этого положения, нужно было подавать в суд. Нужно было хлопотать, брать у тёти Кати доверенность и от её имени подавать в суд на её сыновей, требовать, чтобы они обеспечили для своей матери достойный уход. Но захотела ли бы тётя Катя судиться со своими сыновьями ? Что –то мне подсказывало, что нет.
      Мне нужно было срочно уезжать. Через два дня после того, как увезли бедную тётю Катю, Святой Дух через квартирантку Марию и мне приказал немедленно покинуть это жильё и уехать. Я не сердилась на эту женщину. Ведь в сущности, каждый живёт для себя, а она старалась ради своего сына. Ему тоже негде было жить. Кроме того, квартирантка Мария, конечно, не ожидала, что сыновья тёти Кати бросят свою мать на произвол судьбы. 
       Хозяйка Мария пошла провожать меня на вокзал. Был воскресный день. Конец сентября. День выдался жарким и душным. На вокзале и возле кассы толпилось много людей в ожидании вечерней электрички. Было много студентов, которые возвращались на занятия после выходных. Я представила поездку  в душной, переполненной электричке.
 - Может - быть, я отложу отъезд на завтра ? – спросила я у Марии. - Завтра понедельник, в электричке будет свободно, не будет такой толпы.
 - Нет, - ответила Мария. - Ведь Святой Дух так приказал…
Мария проводила меня, стоя на платформе. Поезд отъехал и эта женщина скрылась из виду…

 

Продолжение - Глава 5

 

 
 


логотип© alb-budjak