История создания АЛБ "Буджак" - историческая справка  Международные связи АЛБ - благодарность Императора Японии
Гимн Белгорода-Днестровского -  один из символов города

Сегодня - Sunday 19 November -  Всемирный день памяти жертв дорожно-транспортных происшествий. Международный мужской день. День ракетных войск и артиллерии в России. День работника стекольной промышленности России. День ракетных войск и артиллерии в Беларуси. День работников сельского хозяйства и перерабатывающей промышленности агропромышленного комплекса в Беларуси. День работников сельского хозяйства в Республике Казахстан. День работников сельского хозяйства Украины. Всемирный день туалета. День народной скорби в Германии. Международный фестиваль конопли «Чаша каннабиса». 19 ноября в народном календаре Павел Ледостав. 1190 Основан Тевтонский орден. 1765 В Польше открылся первый драматический театр. 1819 Открылся музей Прадо в Мадриде. 1824 Произошло крупнейшее в истории Санкт-Петербурга наводнение. Начало контрнаступления Советских войск под Сталинградом (начало Сталинградской операции). 

Наши авторы




(06.02.1935--07.05.2011)



     Михаил Самарцев - аккерманский поэт, писатель и философ.

 Михаил Самарцев (Анатолий Михайлович Мулюкин) известный в городе и литературных кругах талантливый писатель и поэт, член Ассоциации литераторов Бессарабии «Буджак», старейший член городской литстудии «Дністровськi джерела», член Конгресса литераторов Украины, а также Союза писателей Москвы и России.

    Михаил Самарцев родился 2 февраля 1935 годав Саратовской области России,жил в Самаре. Работал осветителем в оперном театре, инженером-электронщиком на фабрике пианино, служащим Советской армии.

   С лета 1965 года — в Белгород-Днестровском. Сразу же начал посещать городскую литстудию, которая тогда находилась при доме офицеров, а руководил ею известный украинский писатель Павел Наниев. За свою творческую жизнь М. Самарцев написал такие значимые книги:  философскую работу «Смысл бытия», сборники стихов «Чтоб я так жил», прозу— «Аккерманские байки», «Фантасма», «Рубикон», «Пролетая над бездной» и другие, а также несколько поэм.

 

 


 

                         АВТОБИОГРАФИЯ

       Родился 2 февраля 1935 года в с. Острая Лука Духовницкого района Саратовской области, где мои родители временно работали в школе. Вместе с ними, малым ребенком, оказался на постоянном жительстве в с. Красная Глинка, километрах в десяти от Самары. Там - первые мои детские впечатления, истоки духовного становления, любви к природе и родине.
      Окончил сельскую семилетнюю школу, затем восьмой класс, живя на квартире в Самаре, и среднюю школу в поселке Кряж. Туда я ходил из нашего совхоза весь учебный год, за шесть километров. Зимой, после ночного снегопада, всегда первым прокладывал первый след вдоль дубового леска за деревней, а уж потом другие по этому следу пробивали тропинку. Учился хорошо, однако большого интереса к "наукам" не испытывал. Пробовал писать стихи. Был склонен к неторопливым размышлениям и созерцательности. Но во всех ребячьих играх и затеях был самым увлеченным участником, а то и заводилой. Здоровьем похвастать не мог.
       Десятилетку окончил в 1953 году. Потом три курса одного из саратовских институтов, после чего работал дежурным на высоковольтной подстанции в Жигулях, осветителем в оперном театре Самары, инженером на фабрике пианино. С 1965 года с женой и двумя дочерьми живу в Аккермане.
       Занимался в городском литературном объединении, немного печатался в местной газете, много времени уделал самообразованию. Отчасти именно поэтому (плюс не ахти какое здоровье) время от времени отказывался от предложений занять вакансию то корреспондента, то администратора, то инженера. Предпочитал спокойное местечко электрика, где можно было бы и поработать, и почитать, и подумать.
1976 год подтвердил письмами из "Литературной газеты" и "Нашего современника", что я уже многое умею и могу. Но это еще не был успех. Как выяснилось позже, это были всего лишь дальние подступы.
       Попутно занимался разработкой проблемы смысла жизни. А когда понял, что вышел на новый уровень философского познания - все силы были брошены в этот прорыв. Было сделано выдающееся открытие и написан трактат "Смысл бытия", были встречи и дискуссии с ведущими специалистами Украины и России, было признание. А на календаре был уже 1990 год, - жизнь прошла...
       В ночь под новый, 1991 год как бы непроизвольно сложились первые стихотворные строки "Мне никогда на деньги не везло..." и в две недели была написана замечательная поэма "Чтоб я так жил!" Моя душа, словно освободившись от груза пятнадцатилетнего философского бдения, возмужавшая и окрыленная, отправилась в новый полет.
       За последние пять-шесть лет мною написано почти всё лучшее, что имеется в моем творческом багаже на сегодня. Изданы три книжки, которые получили высочайшие оценки читателей и специалистов. Этот материал составил весомый во всех отношениях первый том на триста страниц и почти половину такого же второго тома...Что это? Запоздалый подарок судьбы? Или вполне естественный и закономерный переход количества в качество?
       Хотелось бы верить, - и то, и другое...
                                                                           

                                                                           7 августа 1997г. А.М.

                            МАЛЕНЬКОЕ ДОПОЛНЕНИЕ

       Автобиография была "подписана" одними инициалами - А.М. Однако ниже следовала ксерокопия с десятком строк из одной местной газеты: "Анатолий Михайлович Мулюкин публикуется в печати и издает свои книги под псевдонимом Михаил Самарцев. В первый его сборник "Чтоб я так жил" вошли стихи и песни последних лет. Во второй книге..." и так далее.
       Псевдоним, как, видимо, уже понял читатель, сложился из имени отца - Михаил, и названия города Самары, возле которого и затем непосредственно в границах которого прожил я почти тридцать лет. Отец, Михаил Федорович, и мать, Александра Васильевна, были школьными учителями.

 


 

авторское:
   

 


         

         ЗНАКИ ЗОДИАКА

                    (поэма)

 

                       1
Грядёт астрологический ликбез!
Мы постигаем наше мирозданье,
В котором, как ни странно,  нет чудес–
Есть уровни незнанья и познанья.
И мы, как переростки школяры,
Идём в ученье к матушке-природе,
Чтоб истиной, забытой до поры,
Проникнуться – «мы все под Богом ходим»!
Пусть Бог в кавычках или же без них,
Пусть он понятье или же явленье,
Пусть он над нами или в нас самих –
Он есть и всемогущ, как провиденье.
Хоть верьте в Бога, хоть не верьте в Бога,
А только без Него – ни до порога,
Пусть глух и нем наш мир индифферентный,
Стремителен и краток жизни бег,
Но будут вечно диалог бессмертный
Вести два духа – Бог и человек!

                      2
Мы все пройдём свой путь по белу свету,
Свершим, что суждено, и канем в Лету.
Мы всё поймём, узнаем, испытаем,
Повздорим где впопад, где невпопад,
Из жизни в жизнь по самому по краю
Пройдём реинкарнаций долгий ряд,-
Швыряя грешных то в огонь, то в воду,
Научит карма нас любить свободу.
Нам кажется: свобода – звук пустой
И спорить с провиденьем бесполезно.
Закон природы мудрый и простой:
Канву необходимости железной
Свобода красит нитью золотой!
 
                       3
Простые связи следствий и причин, -
А ежели точней – причин и следствий, -
Определяют ход грядущих бедствий,
Им нет числа, а человек один.
Лишь иногда нежданная удача
Нам выпадает, походя в придачу,
Чтоб человек от неотступных дел
К земному бытию не охладел.
Сорваться и лететь, готовы все мы,
Куда бы нас мечта не позвала,
Но следом только новые проблемы
Да новые заботы и дела.
Ловя свои счастливые удачи –
Мы получаем бедствия в придачу.
Мы ищем света - но за светом тьма.
Мы славим ум – но горе от ума.

                      4
Простите Бог отец и Гея мать –
Мы, заблудились, кажется, опять.
Простите нас, живые  наши души,
За то, что мы долдоним столько лет,
Что ни души и ни бессмертья нет,
И нам никто – ни черт, ни Бог не нужен.
Всё было, есть и будет на века,
И Мысль, и Слово, и Душа – пока
Материя, как дух, в пространстве кружит!
Незыблемы законы бытия,
И связаны подзвёздные края,
Мы сами и творенья наших рук,
И наши мысли в неразрывный круг.
И вот уже срывается из вида
И тонет в океане Атлантида,
И волны лижут гребни Арарата,
Помпея гибнет, пламенем объята…
Простите Бог отец и Гея мать.
 
                        5
Подлунный мир, заблудший и больной,
Болел и выздоравливал со мной.
И может быть, однажды Ангел чуткий,
Высокими заветами влеком,
Заглянет, словно доктор, на минутку
В наш грешный мир, наш прокажённый дом.
И посидит с улыбкой у постели,
И подбодрит: - да ты почти здоров.
А мир на ладан дышит еле-еле,
Уже не веря в божьих докторов.
Пробьют часы вселенского закона,
И Ангел вскинет брови удивлённо.
- Смотри-ка ты, - опять смертельный номер;
И вроде выздоравливал, а помер.
 
                          6
Услышу колокольный перезвон
И может быть, пойму, что это сон
И заглянувший милосердный гений,
И гиблая земная непролазь,
И мир, где от порочных заблуждений
Отходит человечество, смеясь.
Отходит, отплывает, отлетает,
Чуть теплится голубенький рассвет,
И облака плывут пернатой стаей,
Не ведая ни горестей, ни бед.
И я лечу, безгрешный и невинный,
Не помня зла, обид не вороша,
Всё тоньше нить астральной пуповины,
Всё отчуждённей тело и душа…
 
                        7
Услышу колокольный перезвон
И может быть, пойму, что это сон.
И может быть, пойму, что мир не сцена,
И что душа бессмертна и бесценна.

 

Михаил Самарцев

1991 – 1999гг.

 

 



об авторе:

                                           НАСЛЕДСТВО И НАСЛЕДНИКИ

   Замкнулся земной, материальный, круг жизни Анатолия Михайловича Мулюкина-Самарцева. На семьдесят шестом году, на середине недописанной книги. Успел оставить нам все же многое. Я не говорю о Наследстве в том узком, юридическом, бытовом смысле. О Наследстве, которое (случается такое) разъединяет родичей, создает тягомотину по судам и разделам. Отнюдь нет. Никаких претензий ни к имуществу, ни тем более к его авторскому праву ни у кого нет, и быть не может. И все же, так получается, что не только родичи, но и мы все вступили в духовное его наследство, А. Милюкин был вольнодумцем, из той породы людей, задумывающихся о вещах широчайших, ищущий ответы на вопросы, стоящие перед мыслителями уже тысячи лет. О смысле жизни, о природе Бога.
   В перечне его интеллектуальной собственности значатся и стихи, и проза, и философские работы. И все, что им написано, обдуманно, по большому счету отдано людям. Он рачительно заботился о своих интеллектуальных делах. Создав и издав, обязательно отдавал в библиотеки, заносил в музей, дарил друзьям и единомышленникам. Кто-то может сказать — тщеславие?! Я могу уточнить — благородное тщеславие, писательское, философское. Оно здорово отличается, например, от тщеславия нувориша, который, пользуясь теми или иными грязноватыми схемами, нарубал бабла, купил лексус, построил особняк за высоким забором и торчит сам на се6е, раздуваясь от мещанского тщеславия.
   Литератор, философ, изобретатель не так тщеславен, как мудр и умен, он знает, что знание — это больше, чем деньги и вещи. Если у меня есть две конфеты и одну я отдам вам, то конфет все равно останется две, а вот если я знаю, что-то и учу вас, то все знания остаются при мне, но одновременно они появятся и у вас, т.е. удваиваются. Вот смысл тщеславия людей типа и калибра А. Милюкина-Самарцева.
   Его стихи и проза доступны вам, взял в библиотеке и познакомился. Конечно, тиражи его книг прискорбно малы — 50, 60, 100 экземпляров. Надо потратить время, и не малое, на обдумывание и написание книги, плюс деньги на жизнь пока работаешь над ней, а потом ищи средства, чтобы, напечатан ее, отдать свой труд людям, запустить в культурный оборот. Глупейшая система, редко кто из именитых литераторов или мыслителей обладает средствами и для жизни, и для тиражирования своих работ, редко. Наскребывается толика, урывается от семьи, друзья дадут и рождаются эти 50-100 экземпляров, капля в море, скорее намек, крик в пустыне, чем издание книги. Стыдно вспомнить, что Самарцев зубы себе не вставил, экономя, чтобы работы свои хоть так издать. Смешно и горько, живя в нашем городе много лет, Анатолий Михайлович оставался малоизвестным Гражданином города. А ведь он человек, мыслитель, замахнувшийся на Нобелевскую премию по философии!
Вполне возможно, что просвещенные туристы, приезжающие в наш городок, через 10-15 лет в первую очередь будут интересоваться именно им, Анатолий Михайлович, по ёго словам, сделал изобретение — открыл и сформировал закон о Смысле жизни, бытия. И если одной фразой то: бытие стремится от простого - к сложному, от смертного - к бессмертному. На нескольких десятках страниц им доказывается этот постулат. Он считал свою работу бесспорной, называл — изобретением, имел четкую систему доказательств. И это нормально для Автора. Оппоненты считали ее скорее гипотезой, даже хохмой и заблуждением. И это тоже нормальная нормальность. Когда-то академия наук Франции считала падение метеоритов не фактом, на основании того, что камням-булыжникам неоткуда взяться на небе. Я тоже его оппонент, считаю, что его работа не открытие, а пока лишь гипотеза. Но кто может ручаться, что прав не он, а мы, оппоненты? В любом случае, он неординарный вольнодумец, дерзнувший утверждать то, что пока не укладывается в рамки здравого смысла м науки. В любом случае, его позиция позитивна. Если он прав, то конечно, если ошибается, то по этому пути не пойдут вольнодумцы следующих поколений, не будут тратить силы и время, ведь отрицательный результат равен положительному.
   Вот и получается, что у Анатолия Михайловича не только семья или АЛБ «Буджак», или громада Белго-. рода-Днестровского, а вся Украина, все человечество оказывается наследниками. И надо наследством такого значения грамотно распорядиться. Главное  — не забыть! Архив, работы, законченные и незаконченные, надо тщательно собрать и сохранить. Очень бы не мешало переиздать его работы в более фундаментальном растиражированном виде. Разослать философские трактаты Самарцева по институтам и академиям, вводя их тем самым в широкий научно-культурный оборот. Естественно соблюдая все юридические аспекты — права прямых наследников его интеллектуальной собственности. Не помешало бы закрепить труд его жизни званием Почетного гражданина города, повесить мемориальную доску на дом, где он жил. АЛЬ «Буджак» должен подумать над монографией о его жизни и деятельности на поприще культуры, мысли и прогресса.
Пушкин писал, что мы—ленивы и нелюбопытны... Так давайте же противоречить Гению действием, а не намерениями. Ведь в копилку великих, замечательных и неординарных людей, побывавших или живших в нашем городе, добавился еще один — вольнодумец Анатолий Милюкин-Самарцев. Громада города просто не может это не отметить своим вниманием и благодарностью.

                                            Марк СУХОПАРОВ, г-та "Советское Приднестровье", май 2011г.



 

 
 
 


логотип© alb-budjak