История создания АЛБ "Буджак" - историческая справка  Международные связи АЛБ - благодарность Императора Японии
Гимн Белгорода-Днестровского -  один из символов города

Сегодня - Saturday 21 October -    День Трафальгарского сражения. День сладостей в США. Международный кинофестиваль «Золотой Апельсин» в Анталье. День яблока. Начало месяца. 21 октября в народном календаре Трифон и Пелагея Сафар. 1520 Магеллан открыл пролив, названный впоследствии Магеллановым. 1805 Произошло Трафальгарское сражение. 1997 Учреждена Литературная премия Александра Солженицына. 

"Буджак-инфо"- Net - (статьи на сайте)
 



Леонид Кулаковский



КЛЮЧИ  ФЁДОРА  МОЛА


   Обычно я скептически отношусь к объёмным поэтическим сборникам (классики не в счёт!). Как правило, этим грешат авторы, в работах которых много «воды». Буду откровенен: не удалось избежать этого и герою моего повествования, но… Видимо это тот самый уникальный случай, когда всё уместно. «Ключ самопознания» и «Ключ просветления»  - сборники, в которые вошли, в большинстве своём, медитативные тексты и, учитывая специфику такого литературного продукта, скорее всего, должны быть именно такими. Техническое совершенство не берусь обсуждать.  Думаю, автор и сам понимает, что в этом направлении работы у него непочатый край. А вот, так сказать, общую картину попытаюсь обрисовать.
Первое, что бросается в глаза: в работах Фёдора Мола не прощупываются чёткие грани. И это вполне естественно, потому что они зачастую метафизичны и, как следствие,  расплывчато-тяжёловесны, местами весьма туманны, но что характерно – всегда в  такт со временем. Иногда они ассоциируются с замысловато переплётённым корневищем фантастически огромного дерева, уходящим в таинственные глубины, но не земли, а нашего сознания. (Например: «Недосказанность»).
   В работах Фёдора Мола (а именно о нём идёт речь) изысканной рифмы вы не найдёте, нет там и душераздирающих сюжетов, эмоциональная составляющая подобна стабильной кардиограмме – гонять читателя по полюсам чувств не в его стиле. Ко всему прочему, как замечено в самом начале, краткость – не конёк автора . К сожалению. «Но тогда же в чём цимес?» - не без оснований спросите вы. А кайф или шарм, если хотите, в том, что он умеет мыслить не стандартно, а это уже много.
   Сейчас часто можно услышать, что мол «Жизнь бьёт ключом и –  всё по голове!»  Шутка, заключающая в себе сегодняшнюю реальность, увы. А вот ключи моего героя вовсе не агрессивны. Они пытаются вскрыть эту самую голову и донести до неё свою концепцию понимания всего происходящего вокруг нас, привить ей ощущение полноценности  каждой отдельно взятой жизни или, хотя бы, потенциальной полноценности, ведь за нас  никто не пройдёт наш земной путь, тем более, если направление вектора мы выбираем сами.
   Фёдор – обычный человек, живущий среди таких же обычных людей, и вполне естественно, что помимо своих «метафизических изысканий» в своих работах немало внимания уделяет обычным вещам, без которых наша жизнь невозможна или неполноценна: вспоминает о детстве («Очищение»), размышляет о материнстве (или его желании) как о святом грехе («Желания, страхи и долги»), выражает свою гражданскую позицию («Оранжевая встряска»), ни на что не претендуя, пытается даже пророчить («Свет по небу разметался»), и, конечно же, как и многие, исследует тайны нашего бытия («Туман, как вечность»). Его интересует буквально всё: начиная от происходящего в парикмахерской и полушариях нашего мозга и заканчивая кладбищем, где кресты отражают загадочный лунный свет…
   На страницах этих сборников можно и повеселиться, благодаря столь необходимому в наше техногенное время такому замечательному чувству, как чувство юмора, которым Фёдор обладает в полной мере. Например, он уверен, что «Контролёров муза метит». Согласитесь, сколько тонкого сарказма, бесконечной иронии и просто смеха в комбинации из трёх слов!..
   Мой герой, как и огромная армия обманутых или, ещё хуже, выброшенных на обочину жизни людей из другой эпохи, не успевает вписываться в её реалии, и конечно же это зеркально отражается в его творчестве («Новая жизнь», «Истекающее новое время»). Стараясь не нарушать однородности ткани выбранного им оригинального стиля изложения, даже о своей любви автору удалось выразиться медитативно («Моя звезда»). Этим можно только восхищаться.
   Не могу сказать, что полностью разделяю философию Фёдора Мола, но это уже вопрос  чисто личностного порядка и никаким образом не может повлиять на самобытность и право на её существование. Он уверен, что в суетности своей мы забываем жить полноценно, то есть транжирим самое дорогое, что нам дано Богом («Замкнутый круг»). Верит в цикличность нашей жизни («Без легенд»), и подозревает, что эти циклы – всего лишь игра. Вопрос только кто с кем играет:  мы с Богом или  - наоборот? («Исполнение судьбы»). Иногда для своих литературных героев он оставляет место для манёвра. Например: даёт шанс грешнику стать праведником («Юна») и это лишний раз подчёркивает его благородство. Автор чётко расставляет акценты, когда речь заходит о личностях как таковых: «Кому-то быть стереотипным, в привычках путаться всю жизнь…» и дальше говорит о том, что другие видят смысл своего бытия во множественности интересов («Метаморфозы разума»), что уже само по себе чётко характеризует его самого как личность. А как вам  своего рода философский оксюморон «Вечная жизнь короче смерти»?..
После моих скромных попыток (или совсем не скромных) серьёзно рассуждать о серьёзном, что есть у Фёдора Мола, как-то даже неуместно, что ли указывать на то, что у него есть и, какая-то там, пейзажная лирика. Скромная, неказистая, но живая, как первый луч солнца, робко пробивающийся сквозь густую лесную чащу. Но стоит лишь этому лучу набрать силу, как вдруг… автор возвращает всех на грешную землю, в мир наших проблем. В этом весь Фёдор Мол.
    Его поэзия – это не моментальный клей. Своего читателя она находит не сразу. Как мне кажется – выдёргивает из биочитающей массы по одному. Но если вдруг приклеит, то намертво…

Леонид Кулаковский, пред. ЛиТО им. Домрина, г. Ильичёвск
 




 
 
 

 
 


логотип© alb-budjak